Совместное расследование Gazety Wyborczej и “Львівської газети”. Журналисты получали польскую визу “по сокращенной программе”. Это стоило им 40 долларов.

Полугодовая польская виза – первая в моем новом загранпаспорте. Я получила ее в Генеральном консульстве Республики Польша во Львове. Консульстве, которое выдает больше всего польских виз в мире – 1100 в день.
В очереди под зданием консульства| людей значительно больше. Они приходят ночью, чтобы занять очередь сначала для регистрации паспорта, получения анкеты и талончика с номером своего дела. Заполнив анкету, становятся в другую очередь. Так делают те, кто не имеет денег или не хочет связываться с местным “сервисом”. Журналисты Gazety Wyborcze и “Львівської газети”, собственно, хотели связаться с ним.
День первый
В среду, 4 мая, около полудня мы пошли получать визу. Согласно нашему замыслу, виза мне была нужна как можно скорее, чтобы уже на следующий день выехать в Польшу с кавалером, роль которого исполнял польский режиссер-документалист Лешек Цехонски. Коллеги из Gazety Wyborcze наблюдали за ситуацией сбоку.
Женщина постарше сразу предложила нам услуги и взялась помочь в этом деле. Идеальным для нас было бы получить визу без личного присутствия в консульстве, но предоставить такие услуги наша визави не могла. Также объяснила, что сегодня получить визу не удастся, а вот завтра – без проблем.
Мы объяснили, что должны выехать в Польшу на следующий день в два часа, поэтому не имеем никакой возможности стоять в очереди. Пани, которая назвалась Ниной, заверила, что за 100 гривен можем и не стоять. Бланки анкеты у нее были с собой. Фото для анкеты я не имела, но эту проблему, как оказалось, там решают максимально просто: в ближайшем магазине канцтоваров сосканировали фотографию в паспорте и напечатали ее копию.
На выходе из магазина я дала пани Нине 20 долларов. Поспешное желание вознаградить усилия женщины объяснялось тем, что напротив было припарковано авто, из которого за нами наблюдали коллеги из Gazety Wyborczej и “Львівської газети”.
Мы пошли на кофе, где пани Нина приклеила фото и помогла мне заполнить анкету. Со своей стороны я пыталась заполнить ее так, чтобы мои шансы получить полугодовую визу были минимальными: не указала девичьей фамилии, написала, что последние пять лет не выезжала за границу (правда, под новой фамилией таки не выезжала), не указала настоящего адреса. Кроме того, отметила, что являюсь безработной.
В это время Лешек, вдохновенно импровизируя, объяснял новой знакомой ситуацию: я будто бы убегаю от мужа, поэтому виза мне нужна как можно скорее, всех настоящих данных подавать не хочу. Госпожа Нина с пониманием и сочувствием отнеслась к этой драматичной ситуации. Мы решили оформлять визу на полгода. Лешек вписал в анкету свое имя и адрес.
Следующим этапом стало попадание в заветную дверь со стороны улицы Франко. Там я должна была сдать паспорт, получить бланк анкеты для заполнения (который в действительности уже был не нужен), а главное – два талончика с номером моего дела.
Это был первый день после праздников. Люди в огромной очереди, человек эдак тысяча, время от времени ссорились. Часовой усмирял людей.
Мы немного постояли напротив входа. Пани Нина объяснила, что часовой увидит меня с ней и будет знать, что я иду вне очереди. Я очень переживала, удастся ли это мне, доведет ли госпожа Нина до двери, ведь пробиваться локтями не умею. Последнее было чистой правдой.
Когда закончился обеденный перерыв, госпожа Нина полегоньку подтолкнула меня с первой пятеркой. Но зайти не удалось – очередь возмутило такое нахальство, и часовой, к которому покровительница обращалась на имя, не пропустил меня. Пани Нина взялась выяснять ситуацию. Охранник оправдывался: не мог же он идти против гнева народного.
Ситуацию выяснял муж пани Нины, который работал здесь же. После коротких переговоров решили запустить меня со второй пятеркой, но уже с противоположной от очереди стороны. В этот раз я прошла.
Внутри было очень тесно, около двадцати человек стояли на лестнице в очереди к двум окошкам.
Молодая женщина в моей шеренге имела проблемы. Она зашла с паспортом мамы. Сотрудница консульства отказывалась принимать паспорт матери без ее присутствия. Женщина была в отчаянии.
– Как же так! Мы же из Ровно ехали, столько выстояли!
Ей разрешили позвать маму, которая стояла на улице. Маму удалось протянуть внутрь, но это вызвало настоящий бунт.
– Почему она прошла без очереди? – возмущалась дама, которая уже вышла на финишную прямую и, очевидно, должна была зайти в следующей пятерке.
– Кто? – обеспокоился часовой.
– Та старшая, в черной кожной куртке! – не уступала пани.
Отважная женщина впереди очереди прекрасно видела меня, я стояла последней. Она точно заметила, что в последние сутки меня в очереди не было. Однако не требовала, чтобы и меня вывели прочь.
Совместными усилиями часового и разнервничавшейся семьи удалось убедить, что “эта женщина в черной куртке” только покажется и выйдет. В конце концов, маму идентифицировали, и эмоции на улице утихли.
– Вам на завтра? – спросила меня пани из окошка.
Я не знала, какие еще есть варианты, потому на всякий случай сказала, что на завтра. Получила 325-й номер.
Пани Нина назначила нам встречу в 9 утра следующего дня под консульством. Вторую очередь, которая стоит на улице Уласа Самчука, я должна была аналогично.
– А если не получу визу?
– Не переживай, получишь.
День второй
На следующее утро в девять утра наши новые друзья своевременно оценили ситуацию и порекомендовали не стоять под дождем, вместо этого отвели в маленький, на три столика, бар на Франко, пообещав забрать, когда можно будет зайти. Во второй комнате стоял ксерокс, туалет в заведении был платным – 50 копеек, что вполне понятно, если взвесить, что в двух кафе на Франко – закрытом и открытом – туалеты вообще отсутствуют. Все эти виды услуг имели незаурядную популярность. За соседним столиком пани помогала заполнять анкеты нескольким мужчинам средних лет.
Кстати, покупка очереди – не единственная услуга, которую предлагают под консульством. Здесь также стоят люди, которые научат, как заполнить анкеты, ходят делать копии фотографий.
Посидев с часок, я и Лешек решили, что наши патроны забыли о нас, поэтому пошли их искать. Пани Нина сразу остановила меня, и мы немного постояли напротив входа.
– А он нас видел? – спросила я о часовом.
– Видел, видел.
В этот раз я прошла с первой попытки. Польские часовые проверили талончик у мужчин, которые шли передо мной. Я своим энергично помахала. Этого хватило.
Пани Нина объяснила мне, что идти надо в первое или второе окошко, но не в пятое. В конечном итоге, выбора у меня и не было: третье и четвертое окошки были закрыты, в пятом принимали тех, кто заполнял анкеты на сайте в Интернете.
Внутри висело предупреждение, что люди на улице, которые предлагают свои услуги по заполнению анкет, не имеют отношения к консульству и не могут гарантировать правильности оформления документов.
Мой паспорт и анкету приняли и сказали прийти в первое. Один талончик забрали, на другом поставили штамп с цифрами.
Лешека разочаровало то, что я не получила визы сразу. Я в свою очередь, в который раз забеспокоилась, что вообще получу ее.
– Не переживай, получишь! – успокоил меня муж пани Нины.
Супруги также рекомендовали прийти не в 13.00, а в 13.15, потому что раньше все равно нет смысла.
В ближайшем кафе мы встретились с журналистами Gazety Wyborczej, которые наблюдали за очередью под консульством из машины. Оказалось, что они увидели значительно более интересные вещи. В частности черные джипы, к которым подходили работники импровизированного “сервиса” и сдавали деньги.
Накануне я и Лешек услышали от своих новых знакомых, что люди, которые называют себя работниками Галицкого райотдела милиции, еженедельно приезжают под консульство по деньги. И те, кто зарабатывает на очереди, делятся с ними частью заработка.
Придя в час дня, мы узнали от наших патронов, что в консульстве какие-то проблемы с компьютером, поэтому только что начали запускать тех, кому было назначено на двенадцать. Они посоветовали нам снова пойти на кофе.
За полчаса я уже привычным образом зашла в консульство. В первом окошке работник консульства без излишнего пиетета бросил мне паспорт. В нем была полугодовая виза.
На улице меня ожидали три человека, которые очень радовались по этому поводу: Лешек – потому что мы можем ехать в Польшу, и “обладатели очереди”, которые просто радовались за нас. Думаю, если бы на их не ожидала награда в 20 долларов, они все равно радовались бы.
Когда фотожурналист Gazety Wyborczej Кшиштоф Шатковски, сидя на переднем сидении авто, фотографировал момент передачи купюры, его разоблачили. Часовой заметил объектив и предупредил “персонал” очереди, стоявшей рядом, что их снимают.
Пани Нина и ее муж, который сказал, чтобы к нему обращались “Василий”, пожелали нам всего наилучшего. И кто сказал, что во Львове нет хорошего сервиса?
Кто виноват?
К сожалению, в тот же день нам не удалось выяснить ситуацию у консула Януша Яблоньского, который возглавляет визово-паспортный отдел Генерального консульства Республики Польша, – его тогда не было в Украине. Консул Ришард Клемм в беседе с журналистами Gazety Wyborczej и “Львівської газети” сказал, что консульство знакомо с ситуацией, даже знает фамилии людей, которые руководят продажей мест в очереди, но влиять на нее не может. Очередь есть на территории Украины. На замечание корреспондента “Газеты”, что польские часовые прекрасно видят, что происходит в очереди, господин консул ответил, что они не имеют права вмешиваться. Чтобы предотвратить коррупцию среди работников консульства, постоянно осуществляют ротацию.
На следующий день мы выяснили, что часовые, охраняющие консульство, также не имеют влияния на очередь.
А вчера узнали, что и работники милиции Галицкого райотдела милиции, которые отвечают за порядок в этом районе, – бессильны, пока сознательные граждане сами не сдадут “сервис” в их руки.
Януш Яблоньски сообщил “Газете”, что консульство в присутствии представителя МИД Вячеслава Войнаровского передало имена и фамилии людей, которых удалось поймать на нарушениях, начальнику областной милиции.
Также генконсул объяснил, что я получила краткосрочную визу, для оформления которой не нужно приглашение и подтверждение моей финансовой возможности. То есть консульство ничего не нарушало. Это фактически означает, что каждый украинский безработный, имеющий знакомых в Польше, может претендовать на полугодовое пребывание в этой стране.
Оксана Форостина (“Львівська газета”) в сотрудничестве из Марцином Ковальским (Gazetа Wyborczа) и Лешеком Цехонским (TVP-2).
Материал
Марцина Ковальского вышел в нынешнем номере
Gazety Wyborczej.